JA Magz - шаблон joomla Окна

Ещё одна версия о происхождении Великой Кавказской стены (Шёлк - валюта Востока)

Некоторые историческое предпосылки позволяют предполагать что Закатальскую стену построили в 15 веке грузины Заалазанья вместе с горскими народами для защиты от кочевников Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу.

Известно, что в 15-16 веке именно Заалазанье было самым процветающим районом Кавказа. Начиная от кахетинской столицы Греми и заканчивая столицей Ширвана городом Шемаха вдоль предгорий Кавказа тянулись сады шелковицы. Производство шёлка было «специализацией» региона, им занимались как в Кахетии, так и в соседних мусульманских государствах Шеки и Ширване. При этом в Заалазанье был расположен самый крупный центр производства и торговли шелком – город Загеми или Базар («Старый Базар»). Он находился на месте сегодняшних сёл Загям и Базар, его население в 16 веке достигало 40 тысяч жителей, в то время как в население Тбилиси тогда едва достигало 30 тысяч.

22-01-13

Отношения с дагестанскими горцами у населения шелководческих районов были сугубо мирными, в особенности в Кахетии, тем более, что значительная часть аварцев и дидойцев на тот момент исповедовала христианство. Дагестанские названия рек и гор позволяют предположить, что поселения тех же аварцев в древности находились там же, где и сегодня в Алазанской долине живут аварцы «вперемешку» с грузинами - это сёла Кварельского района, города Лагодехи и Кварели. Такая же картина «смешанного населения» сегодня наблюдается в районе Закатал и Белокан – там рядом с аварцами, цахурами и азербайджанцами живут грузины-ингилойцы.

Однако если со стороны гор никакая опасность городам и селам Зааалазанья не угрожала, то со стороны степи, наоборот, эта угроза была постоянной. Богатые шелководческие районы Кахетии, Шеки и Ширвана были вожделенным объектом нападения для кочевников: сперва со стороны державы Кара-Коюнлу (которая занимала значительную часть современного Ирака, Ирана, Сирии, восток Турции, Армению и южный Азербайджан), а затем утвердившейся на ее месте державы Ак-Коюнлу.

Единая Грузия в начале 15 века и затем Кахетинское царство не были такими могущественными, как Грузия времён царицы Тамар. Войны сперва с Кара-Коюнлу, а затем с Ак-Коюнлу постоянно терзали грузинские земли. Положить конец набегам Ак-Коюнлу удалось лишь в начале 16 века, когда кахетинское царство поддержало разгромившего Ак-Коюнлу ардебильского шейха Исмаила – ставшего первым шахом династии Сефевидов, но в итоге кахетинцы были вынуждены было признать вассальную зависимость своего царства от Ирана.

Только одними крепостями заалазанские предгорные сёла противостоять внезапным «рейдам» конницы не могли. Из-за густого леса, тянувшегося от предгорий до самой Алазани, невозможно было вовремя заметить нападавших, известить соседние сёла или пустить наперерез из нужного места отряд. Кочевники, преодолев реку, «ныряли» никем не замеченные в густые леса и «выныривали» перед лицом грузин в самых неожиданных местах, в сотне метров от .их городов и сёл.

Поэтому вполне можно предположить, что Закатальскую Длинную Стену построили именно в этот период. Стена стала рубежом, предотвращавшим неожиданные рейды конницы кочевников на города и села Заалазанья Со своей функцией долгое время, пока

была опасность вторжений Кара-Коюнлу и Ак Коюнлу, стена неплохо справлялась. Кони преодолеть её не могли, а кочевник без четвероного друга – плохой боец.

То, чего не смогли сделать кочевники-персы в 15-16 веке, сделал иранский шах Аббас в начале века семнадцатого: положил конец заалазанскому шелководству.

Погибло оно по той же причине, по которой родилось и процветало, - из-за высокой цены на шёлк. На рубеже 16-17 века шёлк стоил баснословно дорого и был самым «ходовым» восточным товаром на европейских рынках. В начале 17 века шах Аббас установил

В начале 17 века шелковичные сады тянулись по всему Заалазанью -от столицы Кахетии города Греми до мусульманско Шемахи

государственную монополию на шелк и таким образом резко увеличил доходы своей казны.

В основных шелководческих районах Ирана, преимущественно в Мазендеране, были созданы хозяйства по типу «колхозов», которые были обязаны сдавать весь шелк назначенным шахом скупщикам - по мизерной цене. Из-за высокого спроса на продукт шахские «шелководческие хозяйства» испытывали колоссальную нехватку, как бы сегодня сказали, «квалифицированных шелководов», и угон шах Аббасом огромной массы грузинского населения из Кахетии, занимавшегося шелководством, был призван решить именно «кадровую проблему». В дальнейшем даже иностранцы-очевидцы отмечают что шелководством в Иране занимаются в основном переселенные сюда насильно грузины (гюрджи).

В частности о том, что шелк разводят в Иране угнанные из Кахетии грузины и «черкесы» свидетельствует папский посланец в Иране во времена шаха Аббаса Пьетро делла Валле. Учитывая то, что настоящие черкесы никогда в Кахетии не жили, но так европейцы называли всех северокавказских горцев без различия национальности «черкесами», здесь под ними, судя по всему, подразумеваются аварцы и дидойцы, которые с древности жили вместе с грузинами в Алазанской долине и тогда еще исповедовали христианство.

Централизованная торговля шелком через шахских уполномоченных, которыми были, как правило, богатые армянские купцы, приносила фантастические прибыли в шахскую казну.

В процентном отношении к прочим доходам бюджета это было намного больше, чем сегодня Ирану приносит нефть.

На «шелковые» доходы была перевооружена армия, которую оснастили сверхсовременной по тем временам артиллерией и создали части мушкетеров, которые были вооружены лучше турецких янычар. Была выстроена столица державы – Исфаган (архитектурные сооружения эпохи щаха Аббаса в этом городе до сих пор поражают воображение), в Мазендеране по основным шелководческим районом было проложено 500—километровое шоссе.

Целью нашествий шаха Аббаса на Кахетию являлся разгром кахетинского шелководства и угон в плен сотен тысяч кахетинцев, с помощью которых была решена " "кадровая проблема" страдавшего от недостатка специалистов персидского шелководства

Однако кахетинское шелководство нарушало шахскую монополию и «сбивало» цены – и поэтому с ним, как с «конкурентом», было решено покончить – именно разгром шелководческих районов был основной целью похода шаха Аббаса в Кахетию.

Никакие «длинные стены» помочь против самой сильной на тот момент армии в мире (которая наносила неоднократные поражения туркам, державшим в страхе всю Европу) не могли. В итоге шахом Аббасом была проведена политика «выжженной земли»: шелковичные рощи были вырублены, города и крепости стерты с лица земли – в частности был разрушены кахетинская столица Греми и главный центр шелководства и производства шелковых тканей – город Загеми (Базар).

Население шелководческих районов было насильственно переселено в Иран, частично в Ферейданскую долину возле Исфагана, где их потомки живут до сих пор, а частично в Мазендеран, где его «приписали к шелководческим колхозам» и заставили работать на шахскую казну. Эта часть грузин, несмотря на то, что была более многочисленной, чем ферейданцы, в основном быстро ассимилировалась – так как работала в «стратегической отрасли», где все регламентировалось шахскими чиновниками.

Среди «депортированных» из Заалазанья в Мазендеран скорее всего было немало и представителей дагестанских народов (тех же аварцев), которые жили в Алазанской долине еще до нашествия шаха Аббаса. Вообще, несмотря на то, что Мазендеран в Иране называли «раю подобным» (а здесь действительно красиво – синее море, густые леса, зеленые горы), его жаркий и влажный субтропический климат в сочетании с заболоченностью многих мест крайне губительны для людей к таким условиям непривычных, особенно для горцев. Поэтому смертность среди неприспособленных к такому климату переселенцев от малярии и лихорадки в первые годы была огромной, и, скорее всего хуже всего приходилось совершенно непривычным к этому климату дагестанцам. Те из них, кому удалось выжить, – ассимилировались еще быстрее грузин. Однако большая часть аварцев, полагаю, смогла уйти в Дегестан, спустились они в Алазанскую долину позднее.

Что же касается «нешелководческих» районов Грузии, то они как «конкуренты» для шаха Аббаса интереса не представляли, и здесь не только тотального уничтожения всего и всея и полного выселения населения не проводилось, а наоборот дворы царей-ставленников шаха Аббаса (того же Симона или Симон-хана в Картли) находили полное понимание с шахской администрацией и вполне здравствовали.

В конечном итоге «неопустошенные» районы стали опорой антииранского движения, которое после многолетней борьбы увенчалось победой грузин – в 1626 году шах Аббас вынужден был заключить мир с царем Теймуразом, чтобы высвободить силы для борьбы с Турцией. Однако шелководческие районы Залазанья были настолько разорены, что в течение нескольких десятилетий «восстановлению не подлежали».

Владимир Цхведиани (журнал "Комментарии", Украина)

 

e-max.it: your social media marketing partner